19 сентября у поклонников Бэтмена свой праздник: DC проводит Batman Day. Главная новинка этого года — комикс «Batman of Two Worlds», где под одной обложкой собраны две отдельные истории о герое из разных вселенных. Никакой битвы двойников. Интереснее посмотреть, как одна маска меняет смысл в разных руках.
Одна проблема, два решения
В первой половине выпуска работают сценарист Мэтт Фрэкшн и художник Хави Фернандес. Во второй, посвящённой Absolute Batman, — Скотт Снайдер и Ник Дерингтон. Обе истории начинаются с кражи, однако представления о преступлении и правосудии в этих мирах различаются.[1]
Фрэкшн уложил замысел в четыре слова: «Одна проблема, два решения». Сравнивать предлагают не силу удара и толщину брони, а ход мысли. Один Бэтмен действует по правилам привычного Готэма. Другого сформировали иная биография и иное устройство мира. И всё-таки обоих читатель узнаёт сразу.[1]
Праздничная программа вообще похожа на прогулку по разным десятилетиям. Райан Сук нарисовал четыре бумажные маски в манере Хорхе Хименеса, Ника Драготты, Джима Ли и Фрэнка Миллера. DC выпустила пять книг в твёрдом переплёте, включая «The Dark Knight Returns», «Batman ’89» и «Batman: H2SH Volume One», и открыла бесплатную цифровую подборку.[1]
В начале был не миф, а детектив
Бэтмен появился в мае 1939 года в 27-м выпуске комикс-антологии «Detective Comics». Его создали художник Боб Кейн и сценарист Билл Фингер.[2] Детективная основа была у персонажа с самого начала.
Брюсу Уэйну не досталось ни укуса радиоактивного паука, ни происхождения с другой планеты. Зато у него есть наблюдательность, тренировка, техника, деньги и почти пугающее упорство. Такой набор не привязывает героя к одному жанру. Сегодня он сыщик, завтра городской мститель, затем участник семейной драмы или герой готического ужаса.
Первые истории были заметно жёстче тех, к которым привыкли позднейшие читатели. Britannica пишет, что издатель вскоре убрал из рук героя огнестрельное оружие и отказался от смертельного насилия. Меньше чем через год рядом появился Робин. К 1942-му комиссар Гордон уже звал Бэтмена знаменитым сигналом в ночном небе.[2] Так довольно быстро одинокий герой криминального комикса получил напарника, союзника в полиции и собственный ритуал появления.
И это была лишь первая перенастройка. Дальше их случилось немало.
То смешной, то страшный
Спросите нескольких зрителей, каким должен быть Бэтмен, и ответы вряд ли совпадут. Кому-то ближе нарочито яркий телесериал 1960-х. Кому-то — тяжёлый и усталый герой «The Dark Knight Returns» Фрэнка Миллера. А чей-то первый Готэм появился у Тима Бёртона, в анимационном сериале, трилогии Кристофера Нолана или фильме Мэтта Ривза.
Некоторые версии рядом выглядят почти несовместимыми. Неоновая комедия 1960-х и мрачная криминальная драма будто рассказывают о разных людях. Сказочный злодей не поместится в реалистичное расследование без серьёзной переделки. Но несколько деталей всё скрепляют: ночной город, тайная личность, страх как инструмент и граница, которую Бэтмен старается не переступать.
Даже Готэм каждый раз строят заново. То это смесь Нью-Йорка и экспрессионистского кошмара, то огромная декорация, то почти обычный американский мегаполис. У Мэтта Ривза город превратился в мокрый каменный лабиринт. Декорации меняются радикально, а силуэту с ушами и плащом всё равно находится место.
В редакционном обзоре DC к нынешнему Batman Day автор выбирает по одной истории для каждого десятилетия: от рассказа о Джокере в «Batman» № 1 до «Batman & Robin: Year One». Отдельно он вспоминает «The Dark Knight Returns» 1986 года и успех современной серии «Absolute Batman».[3] Это личный выбор автора обзора, а не канон лучших выпусков. Зато на такой дистанции хорошо видно: перезапуск не стирает прежнего Бэтмена. Старые истории остаются в обращении и подсказывают идеи следующим авторам.
Маска важнее подробностей биографии
Попробуем убрать из истории конкретную модель автомобиля, фасон брони и даже привычный облик поместья Уэйнов. Герой всё ещё узнаётся. Теперь уберём детективную логику, ночной город и привычку превращать личный страх в рабочий инструмент. Тут уже останется просто человек в дорогом костюме.
Маска здесь давно больше товарного знака. Она отделяет частную биографию Брюса Уэйна от роли, которую авторы испытывают в новых обстоятельствах. Что он станет делать, если полиция бессильна? Где для него заканчивается справедливость и начинается месть? И можно ли всю жизнь строить себя вокруг детской травмы, не став пленником собственного ритуала?
Ответ зависит от автора. Один пишет почти безошибочного стратега. Другой показывает, как подозрительность Брюса разрушает отношения. На первый план по очереди выходят интеллект, воля и способность принять помощь. Единственно верной версии не получается, да она и не особенно нужна.
Зачем понадобились два мира
«Batman of Two Worlds» устроен ровно на этом споре. Двум версиям героя дают похожее преступление, а дальше читатель сравнивает решения.
Получается занятнее торжественного памятника. За 87 лет Бэтмена много раз переделывали под новую аудиторию и новый жанр. Удавалось не всё. Зато даже провалы помогали понять, без каких деталей человек в плаще перестаёт быть Бэтменом.
Вот это Batman Day и отмечает. Пока герой меняется, но остаётся узнаваемым, для него найдётся ещё одна история.